الربيع العربي (taxfree) wrote,
الربيع العربي
taxfree

29 мая 1453 года - падение Константинополя


Вчера была занимательная дата 29 мая - день падения Константинополя - 562 года тому назад. Почти 6 веков прошло - но отголоски и сейчас слышны. С падением Константинополя исчезла величайшая империя средних веков а российская империя подхватила ее знамя. Так что же было причиной полного исчезновения Византии? Ведь исчезла не только империя - исчезли и сами византийцы. Их более нет на территории бывшей империи. В современном Стамбуле нет византийцев, есть греки, есть евреи, есть армяне, круды, кто угодно но византийцев нет. Как же так случилось? Куда делась империя которая не только исчезла сама по себе но куда делся народ ее населявший? А были ли вообще византийцы? Об этом рассказ.

Православие
Православие чуть не погубило европейскую цивилизацию.

Я о падении Константинополя в 1453 году.

Константинополь пал из-за православия. Православие было камнем преткновения в его отношениях с католическим Западом. А без поддержки Запада Византийская империя, к тому времени сжавшаяся чуть ли не до размеров своей столицы, не могла противостоять натиску турок*.


Варлаам Калабрийский


Это понимали и в самой Византии: еще в XIV веке Варлаам Калабрийский – мыслитель, православный монах, а позже католический епископ, друг и учитель Петрарки – по поручению императора нащупывал на Западе почву для объединения церквей. Как все знают, инициаторами известной Флорентийской унии, наряду с Римом, выступили император Иоанн VIII Палеолог и константинопольский патриарх Иосиф II. Активное участие со стороны православных принимал и митрополит Киевский и всея Руси Исидор, похоже, симпатизировавший европейскому гуманизму. Именно Исидор, говорят, склонил императора и патриарха к заключению унии. Позднее он подвергся суровым гонениям со стороны московских властей, уже тогда желавших иметь свою карманную церковь – придаток государства. Исидор однако отказался отречься от унии и смог бежать в Рим, где стал кардиналом. Незадолго до начала осады Константинополя он был назначен в столицу Византии папским легатом. В декабре 1452 г. Исидор служил в Святой Софии униатскую литургию.


Портрет Иоанна VIII Палеолога, выполенный Пизанелло.


С католической стороны в подготовке Флорентийской унии принимал активное участие выдающийся мыслитель Николай Кузанский. В 1437 году он работал в Константинополе в составе соответствующей папской делегации.

В 1438 году в Ферраре открылся вселенский церковный собор, продолживший работу во Флоренции – культурном центре итальянского Возрождения: за два года до этого Брунеллески закончил возведение своего колоссального купола над храмом Санта Мария дель Фьоре, где и состоялось вожделенное, но столь хрупкое воссоединение восточной и западной церквей (1439). Православные признавали католические догматы, католики соглашались на сохранение православными своей обрядности, особенностей богослужения на греческом, церковнославянском и др. языках, причащения под обоими видами, женатого духовенства, церковной эстетики и проч.


Марк Эфесский

Увы, уния, которая могла бы стать основой для военно-политического союза, способного повлиять на судьбу всей Европы, просуществовала недолго. Простонародье в основной массе унию не приняло. Страсти активно подогревал фанатик Марк Эфесский, рассылавший по стране свои антиуниатские послания (по сути, это он торпедировал унию, отказавшись ее подписать во Флоренции). На настроениях сказались и поражения под Варной и на Косовом поле крестоносцев, выступивших против турок по благословению Рима (1444 и 1448 гг.). В 1450 году униатский Константинопольский патриарх Григорий был низложен. Это стало очередным самоубийственным шагом Византии, поскольку произвел неблагоприятное впечатление на Европу, у которой хватало и собственных проблем.

Уже давно в Византии были сторонники диалога с исламом и даже союза с турками. Православно-патриотические настроения, близкие к нашему евразийству с его антизападничеством и татарофилией, емко выразил последний первый министр Византии Лука Нотарас: «Лучше тюрбан султана, чем шапка кардинала». Прелести султанской власти Нотарас вкусил сразу же после падения Константинополя: султан Мехмед II пожелал забрать в свой гарем его 14-летнего сына. Нотарас, разумеется, решительно воспротивился и был немедленно обезглавлен вместе с сыном и своим зятем.


Лука Нотарас с сыном


Последний император Византии, доблестный Константин ХI Палеолог (Драгаш), брат Иоанна VIII, являлся сторонником унии, однако сильное сопротивление церковников-мракобесов, сеявших смуту в народе, не позволило ему переломить ситуацию. Греческий историк Дука, современник тех событий, так описывает поборников православного «благочестия»: «И вот беспорядочная и праздношатающаяся толпа, выйдя из ограды монастыря в харчевни, с бокалами, полными несмешанного вина в руках, стала анафемствовать там униатов и пить в честь иконы богоматери, призывая ее быть заступницей и защитницей города, — как некогда против Хозроя и Хагана, и арабов, так и теперь против Магомета: “Ибо,— говорили они,— ни помощи латинян, ни унии мы не желаем; пусть удалится от нас богослужение азимитов! (т.е. католиков )"».


Константин ХI Палеолог (Драгаш)


И хотя в декабре 1452 года в Святой Софии, несмотря на давление «черной сотни», как уже сказано, состоялась униатская литургия, западный мир видел реальное положение дел. Тем не менее, Запад не остался безучастным к судьбе великого города: по призыву Рима Венеция направила к осажденному Константинополю флот, однако он вышел слишком поздно. В обороне города активно участвовал ударный генуэзский отряд численностью 700 бойцов, которых возглавлял кондотьер Джустиниани Лонго – как пишет о нем Дука, «муж искусный, а в схватках и в военных сражениях сомкнутым строем весьма опытный» – а также отряды венецианцев, каталонцы и опять же генуэзцы. Лонго был ранен при штурме - унесен своими соратниками на корабль и доставлен на один из островов в средиземном море где и умер 2 дня спустя после штурма. Это не так уж мало, учитывая, что число защитников города составляло примерно семь тысяч. Кроме того, за год до начала осады папа Николай V нанял для Константинополя на свои деньги 200 лучников – они прибыли в город осенью 1452 г. в качестве эскорта кардинала Исидора.



Западные христиане дрались отважно, а вклад Д. Лонго в оборону города огромен – по сути он являлся правой рукой императора, ключевой фигурой всей обороны (неслучайно, что именно роковое ранение Лонго, оказавшееся для него смертельным, стало одной из причин успеха турок 29 мая 1453 г.). Неоспорим факт, что если кто-то и оказал хоть какую-то помощь Константинополю, так это Запад – в отличие от православных, которые даже участвовали в осаде, будучи – пусть и не по своей воле – в составе турецкой армии (1500 сербских кавалеристов).
В частности, большое преимущество давала осадная артиллерия, которой заведовал венгерский оружейный мастер Леонард Урбан. Он выковал для султана Мехмета огромное артиллерийское орудие, получившее имя «Базилика» - эта пушка стреляла ядрами весом свыше 500 кг.


Осада Константинополя


Добавлю, что из 26 кораблей константинопольского флота лишь 10 являлись собственно греческими. 13 кораблей были генуэзскими и венецианскими (включая три корабля с Крита, принадлежавшего Венеции). Их моряки проявили высокие боевые качества. Кроме того, по одному кораблю дали итальянская Анконская республика, Каталония и Прованс. Несмотря на нейтралитет, заявленный официальной Генуей, в осажденный Константинополь пришли три генуэзские галеры с продовольствием и оружием, нанятые папой. Соединившись с византийским кораблем, они с боем разметали турецкие суда и прорвались в город, после чего султан в приступе бешенства приказал бить своего адмирала палками.



Константинополь, почти не имея пушек, испытывая острую нехватку огнестрельного оружия, героически оборонялся семь недель – странно, что на Западе до сих пор об этом не создана масштабная киноэпопея в стиле Ридли Скотта или Питера Джексона (в отличие от турок, уже воспевших свои деяния в фильме «Завоевание 1453»). Вечером 28 мая жители Константинополя пребывали в одной реальности, а утром, 29-го, оказались в иной. Это был локальный конец света. Накануне, 28 мая в Святой Софии состоялось последнее христианское богослужение, собравшее и православных, и католиков: греков, генуэзцев, венецианцев, каталонцев… На следующий день христианская история этого храма закончилась.


Патриарх Геннадий Схоларий и покоритель Константинополя султан Мехмет


В январе 1454 года новый константинопольский патриарх Геннадий Схоларий (разумеется, убежденный противник унии и вообще Рима, выступавший против миссии кардинала Исидора и не прекративший агитации даже во время осады) получил свои регалии – облачение, посох и наперсный крест – из рук султана. Вряд ли Схоларий был шокирован этой церемонией: все патриархи проходили через нее, только раньше на месте султана восседал император. Известны слова Схолария: «Я не называю себя эллином, потому что я не верую в то, во что веровали эллины. Я мог бы назвать себя византийцем, потому что я был рожден в Византии. Но я предпочитаю просто называть себя христианином». Короче, какая разница, кто хозяин – император, султан, было бы кому задницу лобызать…

Вообще позиция греческой церкви по отношению к туркам во многом повторяет позицию русской церкви по отношению к татарам. Многие тогда считали, что турецкий «железный занавес» спасает греков от западного «нечестия» – подобно тому, как татары изолировали Русь от влияний «латинства». «Лучше турки, чем католики», – говаривал тот же Схоларий. Таких как он не смущало, что греческая церковь молится за султана-мусульманина, проливающего потоками христианскую кровь, а в самой церкви царит поощряемое турками моральное разложение в виде симонии – возведения в сан за деньги. Такое вот «просто христианство», говоря словами Схолария. Зато «чистоту веры» сохранили…

Кстати, назначение патриархом противника объединения церквей красноречиво говорит о том, что турки опасались союза Византии с Западом. Получается, многочисленные противники Флорентийской унии накануне неизбежной войны с османами выступали в качестве их пятой колонны. Интересен вопрос: насколько турки способствовали росту антизападных и ортодоксальных настроений в Византии? Ведь они были в них явно заинтересованы. Несомненно, что и в период осады Константинополя антиуниатские настроения, подогреваемые фанатиками, оказывали деморализующее воздействие на население, которое усматривало в нашествии турок «божью кару» за объединение с католиками.

После захвата Константинополя турки окончательно утвердились на Балканах, используя их в качестве плацдарма своего наступления на Европу. Последующие двести с лишним лет европейской истории – это история борьбы с турецким натиском, грозившим поглотить континент. Уже в 1529 году турки впервые оказались у стен Вены. Впереди была оборона Мальты (1565), битва при Лепанто (1571), наконец, Венская битва (1683), в которой объединенные войска христиан под командованием польского короля Яна Собеского положили конец турецкой экспансии. В этой битве, кстати, плечом к плечу с западными христианами сражались и православные запорожские казаки. Падение Константинополя, несомненно, сказалось на том, что турки были остановлены лишь в самом центре Европы. По существу, их привело туда православие. Оно открыло туркам ворота в Европу.

По существу, благодаря православию турки, обладающие захваченным когда-то ими клочком европейской земли, претендуют сегодня на членство в Евросоюзе, создавая массу проблем.

По существу, благодаря православию исчез Константинополь и возник Стамбул.

Стремление сохранить «особый путь» – ни Запад, ни Восток – привело Византию к тому, что она оказалась поглощенной Востоком, Азией.

Не ждет ли подобная участь и Россию, которая так любит сверять себя с византийскими лекалами?


Так выглядел Константинополь


Отношения между Византией и Западом были, разумеется, непростыми. Православные по сей день любят, например, напоминать о взятии и разграблении Константинополя крестоносцами в 1204 году (4-й крестовый поход). Но не стоит забывать о массовом и зверском истреблении (по сути, геноциде) католиков в Константинополе в 1182 г. В 1204-ом память об этом была довольно свежа, прошло всего 22 года. Кроме того, крестоносцев раздражала весьма, мягко говоря, двусмысленная политика Византии (скажем, ее тайные соглашения с султаном Саладином против 3-го крестового похода). Наконец, они двинулись на Константинополь (против воли папы, подчеркнем) не просто так, а по призыву царевича Алексея, сына свергнутого императора Исаака. Алексей же потом не захотел полностью рассчитаться с крестоносцами за оказанную ему помощь, и те в конце концов в духе средневековья решили «взять свое» сами. Захват Константинополя был однозначно осужден папой Иннокентием III.
Интересно что тело последнего императора Византии по приказу султана Мехмета было найдено и похоронено с почестями. Его опознали по императорским сандалиям в гуще трупов. Он был убит при прорыве сквозь одни из ворот в константинопольской стене. Большая часть стены сохранилась до сих пор - ее может наблюдать любой кто посетит Стамбул. И это не смотря на землетрясения которая периодически острясают Стамбул.



Мусульмане османской империи, покорившие Константинополь, действовали в точном соответствии с Кораном. Они не разрушали православные храмы города, даже наоборот, всячески пытались их сохранить. Церковь Святой Софии, главная в те времена святыня православия, тоже не была разрушена. Позже она была переделана в мечеть Айя-София (Aya Sofya) и до наших дней служит шедевром архитектурного искусства.



По прошествии пяти с половиной столетий день взятия Константинополя остаётся поводом для торжеств. Городские власти организуют фейерверки и даже реконструкцию тех давних событий. Учёные и общественные деятели проводят дискуссии на темы, связанные с теми давними историческими событиями. Так, например, вышедшее в 1996 году в свет произведение турецкого писателя Недима Гюрселя «Роман завоевателя» до сих пор вызывает бурю эмоций в исламской прессе. Его роман описывает завоевание Константинополя в 1453 году с точки зрения победителя, созерцающего это историческое событие сквозь призму военного переворота 1980 года. В нём, в частности, утверждается, что упоение кровавой битвой является «коллективной патологией», не имеющей ничего общего с гордостью потомков Османов. Это утверждение и вызывает негодование турок. Они считают, что удержание Стамбула в значительной степени повлияло на чувство идентичности турецкого народа, и мусульманство, как и любая монотеистическая религия, ставящая во главу угла универсализм, тут абсолютно ни при чём.
Мой друг - турок из Стамбула - назван в честь султана завоевателя Мехметом и очень гордится этим. Турецкий номер на машине содержащий цифру 14 SFM 53 (1453 Sultan Fatih Mehmet - султан Мехмет зЗавовеватель )  считается очень неплохим приобретением. Без сомнения - султан Мехмед II "Завоеватель", вторая - после Ататюрка - по популярности в Турции историческая фигура.
Вот  тут можно скачать файл ( exe файл по ссылке Download ) панорамы взятия Константинополя которая открыта для посещения в Стамбуле - двигать крусором вправо - влево
Также очень рекомендую вот этот сайт http://www.byzantium1200.com/contents.html На нем вы сможете посмотреть все здания которые когда то были в Константинополе а также увидеть на карте где они стояли когда то.
Tags: католицизм, константинополь, православие, стамбул
Subscribe
promo taxfree май 18, 2014 10:25 205
Buy for 50 tokens
Этот пост будет всегда висеть вверху чтобы можно было сравнить развитие страны с данным прогнозом. Прогноз дан 18 мая 2014 года Многие слышали о волновой теории Ральфа Эллиотта. Для тех кто не слышал - поясню, это в некотором смысле математическая или поведенческая теория, которая описывает…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 29 comments