الربيع العربي‎ (taxfree) wrote,
الربيع العربي‎
taxfree

Первая российская индустриализация: Голландцы в Московии 17 века в картинках

Оригинал взят у perfume007 в Первая российская индустриализация: Голландцы в Московии 17 века в картинках
Специально для https://vk.com/stepan_demura В 1620-х голландские купцы получили фактически монополию на вывоз российского сырья (хлеба, поташа и леса). А в 1630-х они стали строить металлургические заводы в Московии — экспорт пушек им приносил до 500% прибыли. В Московию начали стекаться европейские мастера. Глядя на голландцев, сверхприбыльные домны и предприятия по выработке поташа завели и бояре. Страна вестернизировалась. Голландцы сформировали и «московский характер» — жадный и готовый на всё ради денег.

Успехи голландских купцов в 17 веке вызывали зависть и стремление к подражанию — по Европе стала распространяться волна модернизации по голландскому образцу. Каждое государство стремилось завести свой флот и вступить в торговлю с дальними странами — и, конечно, без голландских посредников. В 1651 году Англия запретила ввоз в страну товаров на голландских судах, затем этому примеру последовала Франция. Министр Людовика 14 Жан-Батист Кольбер осуществил масштабную модернизацию французской промышленности по голландскому образцу и создал французский флот. По примеру голландцев создавались купеческие компании, которые строили мануфактуры и осваивали новые сферы предпринимательской деятельности.


Распространяясь по Европе, волна модернизации по голландскому образцу достигла Пруссии и Австрии — здесь тоже строили мануфактуры и пытались создать свой флот. Далее наступила очередь России. Голландская торговая интервенция в России началась сразу после Смуты, когда для торговли открылись пути в глубь страны. В 1618 году в Архангельск пришли 30 голландских кораблей, а в 1630 — уже около 100.

В России голландцы закупали кожи, сало, меха, пеньку, поташ - продукт переработки золы, который использовали в производстве стекла и мыла. Однако больше всего купцов интересовало зерно, цены на которое в России тогда были в 15-20 раз ниже, чем в Европе, и торговля зерном давала до 1000 % прибыли. По русским законам зерно можно было покупать только у государства, но голландцы давали взятки местным властям и скупали зерно у населения — к примеру, в 1629 году в Вологде при досмотре было обнаружено 11 тайных складов, устроенных для голландских купцов. В 1630 году голландцы официально добились права проезжать от Архангельска в центральные районы и торговать в русских городах.

Лишь немногие страны предоставляли иностранцам столь благоприятные условия для торговли — к примеру, в Польше голландцев не пускали дальше границы. Московское же правительство ценило голландских купцов потому, что они поставляли в Россию оружие, мушкеты и пушки, без которых не могло обойтись русское войско.

Голландская торговая интервенция охватила всю Россию: почти в любом городе можно было встретить голландцев или их агентов, закупающих русские товары. Обороты торговли быстро росли; к середине 17 века стоимость товаров, ежегодно вывозимых из Архангельска, достигла 1,2 млн. рублей, или 6,2 млн. ливров. Это была весьма значительная сумма; для сравнения можно отметить, что стоимость французского экспорта, до реформ Кольбера осуществлявшегося так же, как в России, на голландских судах, составляла около 16 млн. ливров.


Историческая справка от финансового парфюмера. Ливр это французская крупная монета из высокопробного серебра весом 4,22 грамма. 1 ливр = 20 турских солей = 240 турских денье весом около 1,3 г, = 480 оболов, самая мелкая серебряная монетка в половину денье. что же можно было купить за эти деньги? С учетом, что государственное жалование начинающего адвоката в составляло 3-5 ливра в год, а судьи крупного города 20-25 ливров. За 1,5 ливра можно было снять этаж дома в крупном городе на полгода с учетом обслуживания, питания, прачки, место для лошади в конюшне. Ежедневное жалование хорошо вооруженному солдату из простолюдинов - полтора-два турских денье (в состоянии войны, в мирное время - меньше. Путешествие дормезом, вроде хорошо оборудованного дилижанса с печкой и кроватями, от Парижа до Авиньона стоило 26 денье. Кувшин красного вина нового урожая в приличном кабаке или на постоялом дворе - половина денье. Если с горячей пищей и ночевкой - полтора. Корзина яблок на рынке - четверть обола. Молочный поросенок - два-три денье. Дойная корова - 1-2 ливра. Стакан черного перца горошком - 3-5 ливра, на юге дешевле, на севере дороже. Специи вообще стоили сумасшедшие деньги. При том, что обычные европейские приправы - мята, чеснок, лук итд - копеечные. Перепродажа деревни с домами и жителями другому феодалу - от 150 ливров и выше. Купить собственный дом в два этажа, вторичный рынок недвижимости - 10-15 ливров, если новый модный дом - до 35-45 ливров. Построить хороший замок, с полной инфраструктурой, 60.000 ливров.

Учитывая, что население Франции было в три раза больше, чем население России, и что Франция расположена намного ближе к Голландии, видно, что голландская торговая интервенция в России приобрела огромные. Около 1630 года в Россию приехал богатый голландский купец Андрей Виниус, который поначалу, как и другие купцы, занимался скупкой хлеба, — в иной год он закупал до 100 тысяч пудов. В 1631 году он получил право свободного торга по всей Московии.

В 1632 году Виниус обратился к царю с предложением: он просил разрешения построить в Туле доменный завод для отливки пушек «по иностранному способу из чугуна». Идея Виниуса была проста: он собирался выручить хорошие деньги на казённых заказах, а остальные пушки вывозить за границу. Шведские чугунные пушки стоили в России 1,5 рубля за пуд, Виниус же предлагал поставлять их по 60 копеек за пуд, а действительная себестоимость была 10 копеек. Для русского правительства это было чрезвычайно выгодное предложение: голландцы сами обещали построить домны, привезти мастеров, раскрыть все секреты, научить русских литейному делу и снабдить русское войско пушками
Андрей Виниус

К 1637 году Виниус построил в районе Тулы четыре завода; однако строительство требовало больших затрат, и голландский предприниматель был вынужден взять в компаньоны двух других купцов, Петра Марселиса и Телемана Акему. Через некоторое время компаньоны рассорились, не поделив прибыль. В конечном счете Марселис и Акема выкупили у Виниуса его дело. Виниус всё же не остался внакладе, вернувшись к торговле хлебом и пенькой. Царь наделил его титулом: «Его царского величества Российского государя комиссар».

Марселис и Акема расширили предприятие Виниуса, и к 1660 году в России было уже семь голландских заводов, которые могли выпускать сотни пушек в год. Биограф Марселиса писал: «Значение их в истории русской промышленности чрезвычайно велико: они были представителями капитала в тогдашнем русском обществе, жившем ещё в сфере натурального хозяйства».

В итоге голландские капиталисты создали русскую металлургическую промышленность и обеспечили русскую армию современной артиллерией. Это был очевидный успех политики привлечения иностранных инвестиций; в 1646 году в Голландию было вывезено 600, а в 1647 году — 340 пушек. В 1668 году Марселис докладывал в посольский приказ, что «литых пушек мочно сделать, сколько надобно», ядра и гранаты изготовляли на тульских заводах десятками тысяч. Хуже было с мушкетами, их делали мало (не хватало голландских и прусских мастеров), и приходилось закупать огромные партии мушкетов в Голландии и Швеции.

Иностранные купцы строили в России не только пушечные заводы. Голландец Демулин построил канатную фабрику в Холмогорах, Фимбрант завёл производство по выделке кож, Коет создал стекольное и поташное производства. В лесной России выжиг золы и поташа был чрезвычайно выгодным делом, привлекавшим многих предпринимателей. В 1644 году полковник Краферт получил разрешение организовать производство поташа в Муромских лесах. В Муромском и Арзамасском уездах располагались вотчины многих московских вельмож, и по примеру Краферта московские бояре тоже стали выжигать поташ и продавать его голландцам. Почувствовав вкус огромных денег, некоторые представители знати были буквально охвачены лихорадкой предпринимательства. Бояре Б.Морозов и Я.Черкасский с начала 1640-х скупали лесные земли Арзамасского уезда и заводили будные станы для производства поташа. Морозов занимался и другими прибыльными делами: одно время он был компаньоном Виниуса, и по его примеру выписал из-за границы мастеров и основал небольшой доменный завод.

Кроме индустриальной революции совершённой голландцами в Московии, их деятельность принесла и другие результаты, среди которых главным была вестернизация российской знати. Ещё в 1628 году русским было запрещено наниматься на службу к «еретикам», чтобы «не повредили душу». Торговые сделки должны были совершаться в лавках, нельзя было заходить в дома к «еретикам» и дружить с ними. Священникам было категорически запрещено разговаривать с иноземцами. Но все эти указы плохо выполнялись: «еретики» платили московитским компаньонам и их слугам хорошие деньги.

В итоге часть русской знати и купечества увлеклась примером голландцев: эти русские «западники» занимались предпринимательством и подражали иноземцам в быту, украшали свои дома картинами, покупали часы и музыкальные инструменты. Некоторые учили иностранные языки, к примеру, известный купец Петр Микляев испросил разрешение, чтобы его сын учился немецкому и латыни. Вопреки православной традиции многие подстригали или брили бороды. Пример подражания голландским вкусам подавал даже двоюродный брат царя — Никита Иванович Романов: в его доме постоянно играли немецкие музыканты, он одевался сам и одевал свою свиту в европейское платье.

Голландская индустрилизация «выплавила» и московский характер, который существует до сих пор, резко отличаясь от российского менталитета. Городов в Московии XVII века было мало, единственным крупным городом, средоточием купеческого населения, была Москва. Торговля определяет нравы независимо от страны и от религии, и в своем стремлении к наживе московские купцы постепенно стали мало отличаться от голландских. «Как только они начинают клясться и божиться, знай, что тут кроется коварство, ибо клянутся они с намерением обмануть», — писал о московских купцах Сигизмунд Герберштейн.
Чертёж Павловского железоделательного завода с водяным двигателем. XVII век

Олеарий рассказывал анекдотическую историю, как московские купцы, которых один голландец «надул» на огромную сумму, упрашивали его вступить в их товарищество и научить своему «искусству» — и Коллинс свидетельствует, что действительно с тех пор, как москвичи стали вести дело с голландцами, они усовершенствовались в обманах. Наблюдательные иностранцы не могли не заметить, что москвичи не похожи на других русских. «Народ в Москве гораздо хитрее и лукавее всех прочих — свидетельствовал Герберштейн, — они и сами прекрасно знают об этом обстоятельстве, а потому всякий раз, когда обращаются с иноземцами, притворяются, будто они не московиты». Точно так же и хронист Рейтенфельс писал, что москвичи считаются намного более хитрыми, чем жители провинции.

Источник





Добавиться в друзья можно вот тут

Понравился пост? Расскажите о нём друзьям, нажав на кнопочку ниже:

Tags: исторические лекции, история России
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 60 tokens
Бедных действительно становится все меньше, сегодня людей живущих за чертой бедности 19 миллионов, это те, чьи доходы ниже прожиточного минимума. А ещё зимой этого года их было почти 21 миллион. Подозреваю, что сейчас у многих начнет бомбить от этой информации, однако нужно понимать, что в любом…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 62 comments